|
СЕРИЙНЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ. Серийные убийцы.
©А.И.Ракитин, 2025 гг.
©"Загадочные преступления прошлого", 2025 гг.
1929 год. Кто убил Вирджинию МакФерсон?
Коронер отчётливо занервничал и, не сдержав раздражения, схватил в конце концов телефонную трубку и попросил теелфонистку соединить его с Департаментом полиции. МакГрудер желал поговорить с лейтенантом Келли, начальником Отдела расследования убийств, однако оказалось, что того нет на месте. В крайнем раздражении коронер бросил телефонную трубку и заявил, что все вопросы будет решать только с лейтенантом Келли и без санкции последнего ни один человек из Департамента полиции не увидит ни акта судебно-медицинского вскрытия, ни стенограммы заседания коронерского жюри по этому дела.
Это был интересный поворот. Аллен понял, что задел некий важный нерв, но ту минуту он не мог даже приблизительно объяснить самому себе с чем именно и почему столкнулся.
После ведомства коронера патрульный направил свои стопы в "Park Lane Apartments", чтобы... Он даже не знал толком, что именно хочет там отыскать, просто ему казалось, что на месте инцидента он что-то увидит, отыщет или поймёт. В принципе. так и получилось в действительности. Роберт Аллен отыскал аж даже двух свидетелей, давших важные показания, и свидетели эти не имели между собой связи, что представлялось особенно важным.
Первым свидетелем стал Джеймс Миллс (James Mills), уборщик расположенного рядом комплекса апартаментов "Lombardi Apartment" [это дом №2019 по Пенсильвания авеню]. Миллс проживал в том самом здании, в котором работал, выражаясь современным языком, там он имел служебную жилплощадь. Уборщик рассказал Аллену, что в ночь на 13 сентября его разбудил громкий женский крик и последовавшие звуки, которые можно было принять за звуки борьбы или душения. Возня продлилась некоторое время, после чего раздался мужской голос, выкрикнувший: "Я же говорил тебе оставить меня в покое!" ("I told you to let me alone.")
Миллс затруднился с точным определением времени пробуждения, поскольку чувствовал себя уставшим и хотел спать, но по его субъективному ощущению это произошло в 2 часа пополуночи или несколько позже.
Другим свидетелем стала Энн Хэврен (Heavren), проживавшая в апартаменте прямо над апартаментом Вирджинии МакФерсон. Она сообщила Аллену, что в ночь с 12 на 13 сентября слышала женские крики из №115. Если точнее, до неё доносились такие вот фразы: "Ради Бога, не делай этого! О, пожалуйста, не делай этого!" ("For God's sake, don’t do that! Oh, please don’t do that!"). Хэврен даже повторила перед полицейцским интонацию услышанного.
Миссис Хэврен (у правого края фотографии) вместе с подругой в обществе Роберта Аллена.
Полицейский, разумеется, уточнил когда именно Энн Хэврен слышала крики и почему не обратилсь за помощью, скажем, не позвонила консьержу или в полицейский участок? Всё-таки, крик в ночи нельзя считать чем-то обыденным, как минимум, это повод для тревоги. Скажем прямо, женщина дала неожиданный ответ, из серии "нарочно не придумаешь", причём с точки зрения полицейского ответ этот оказался очень хорош ввиду точности.
По словам Энн Хэврен, в те самые минуты, когда в №115 кричала женщина, она сама отчаянно ругалась с мужем Роем. Последний тоже слышал крики и даже съязвил по этому поводу, дескать, этажом ниже живёт такая же точно безумная дура, что и ты, и она тоже любит закатывать сцены по ночам. В апартаменте Хэвренов было в ту ночь шумно - Энн метала в Роя чемодан и требовала, чтобы тот убрался, а Рой метал чемодан обратно и говорил, что никуда не уйдёт, но ляжет спать на диване. В общем, супруги не спали и им было глубоко наплевать на чужие драмы, у них была своя собственная!
Энн Хэврен подчеркнула, что муж её также слышал крики и непременно подтвердит это в случае необходимости, поскольку человек честный и в целом хороший [хотя и козёл, конечно же, как и все мужики!]. Что же касается времени, то на этот счёт Энн Хэврен никаких сомнений не испытывала - её скандал с мужем происходил с 02:30 до 3 часов ночи 13 сентября.
Таким образом получалось, что Роберт Аллен отыскал 3-х свидетелей, слышавших крики в ночь с 12 на 13 сентября.
Молодой патрульный понимал [или по крайней мере уже догадывался], что главная загадка начатого им импровизированного расследования заключается даже не в том, была ли Вирджиния МакФерсон действительно убита? Того, что Аллен успел узнать из разговоров с несколькими свидетелями, было достаточно для вполне уверенного положительного ответа на этот вопрос. Главная загадка - или проблема, если угодно - крылась в том, почему лейтенант Келли вмешался в работу коронерского жюри и почему коронер МакГрудер не стал заслушивать свидетелей числом аж даже 32 человека, что были вызваны на заседание? Ведь этих людей детективы Отдела расследования убийств отыскали, опросили и выписали им повестки. Все эти свидетели явились к назначенному часу и... коронерское жюри не стало из заслушивать.
Почему?
Мы не знаем, понимал ли в те дни и часы патрульный Аллен ту довольно простую истину, что начав собственное расследование обстоятельств смерти Вирджинии МакФерсон и тем самым противопоставив себя лейтенанту Келли, инспектору Шелби и коронеру МакГрудеру, он сунул голову в самое настоящее осиное гнездо?
Вирджиния МакФерсон.
Впрочем, тут автор должен поправить самого себя и признать, что использованная метафора груба и неточна. Поскольку попадание головой в осиный улей не создаёт угрозу профессиональной карьере и не угрожает жизни. А вот то положение, в которое Аллен неосторожно поставил самого себя, рождало самые мрачные предчувствия в отношении его будущности.
ПРОДОЛЖЕНИЕ В ПРОЦЕССЕ ПОДГОТОВКИ
|
